Невесты ИГ: как стать женой террориста и лишиться семьи, страны и дома

21 февраля, 19:39
Невесты ИГ: как стать женой террориста и лишиться семьи, страны и дома
Reuters
Невесты террористов хотят вернуться домой, но их там никто не ждёт. США, Англия и даже Бангладеш не желают признавать их своими гражданами. Что происходит с теми, кто ушёл воевать за любовь и идею?

7 февраля президент США Дональд Трамп и Госсекретарь Майк Помпео заявили, что Америка, несмотря на вывод войск из Сирии, не собирается "отказываться от борьбы с террористической группировкой ИГ* в Сирии и Ираке". Дональд Трамп добавил, что террористы вот-вот уже будут побеждены. И действительно, последний опорный пункт боевиков ИГ* на востоке Сирии, в деревне Багуз, сдаётся союзным силам: там осталось около 600 боевиков, их семьи смогли покинуть территорию боевых действий.

Спасённые семьи запертых в Багузе боевиков
Спасённые семьи запертых в Багузе боевиков / Reuters

Теперь невесты ИГ* (а вместе с ними нажитые за годы войны дети и проблемы) отправляются по домам. И если с девушками из соседних регионов сложностей нет, то женщин из западных стран вроде Англии, США и России в родных государствах не ждут и даже лишают гражданства.

Сколько же иностранок (и иностранцев) воевало за ИГ*? Подсчитать точно нельзя, потому что террористы не вели официальных списков, но примерные цифры есть. Американская консалтинговая компания Soufan Group совместно с международным экспертным сообществом The Global Strategy Network опубликовала доклад о количестве иностранных бойцов в рядах "Исламского государства"*.

Россия занимает там первую строчку с 3 417 новобранцами, дальше идут Саудовская Аравия (3 244 человека), за ними следуют Тунис (3 000) и Франция (1 910 человек). Всего из стран Европы и США за "Исламское государство"* воюют около 40 000 человек. Из других стран просвещенного и немусульманского Запада мужчины ехали воевать, а девушки вдохновлялись идеями ИГ* и их борьбой.

Зачем принимать ислам, бежать от семьи и родных, а потом участвовать в диверсионной деятельности и вербовке? Кто-то из женщин на этом зарабатывал, кто-то поддерживал идеи исламистов, а кто-то отправлялся воевать из-за большой любви (влюблялись, в основном, в вербовщиков). В России самым известным делом о возвращении невесты боевика домой была история Варвары Карауловой. 

Она в 2015 году попыталась перейти границу Турции, чтобы попасть в Сирию. Но её развернули и депортировали в Россию. Свои действия Варвара оправдывала "большой любовью" к Айрату Саматову, который оказался вербовщиком исламистов. Но российский суд в любовь не поверил — обвинение представило доказательства того, что в Сирию Варвара ехала убивать (подорваться в Европе тоже почётно). Её приговорили к 4,5 годам колонии общего режима, но гражданства Российской Федерации Караулову не лишали. Однако в других странах всё немного по-другому.

Шамима Бегум в 15 лет бежала из Великобритании и примкнула в Сирии к боевикам "Исламского государства"*. Судьба одной подруги, с которой она сбежала из Лондона, остаётся неизвестной. Вторая подруга погибла. Джихадист, за которого Шамиму выдали замуж, также погиб, а она в лагере для беженцев родила ребёнка. Она надеялась, что британские власти позволят ей вернуться домой, но этого, очевидно, не случится: её лишили британского гражданства.

Кто-то из них тоже хочет вернуться в Англию или во Францию
Кто-то из них тоже хочет вернуться в Англию или во Францию / Reuters

Лишение гражданства — это очень мощная мера воздействия не только на конкретного человека, но и на его семью, а также общественность. Государство может лишить своего гражданства в нескольких случаях. Здесь же речь идёт о том, что

"поведение гражданина не согласуется с интересами и законами государства", а самого гражданина могут признать опасным для общества.

В случае Шамимы её официально не признавали опасной: Британия сослалась на то, что у Бегум есть гражданство Бангладеш (мол, пусть туда и уезжает). Однако министр внутренних дел Бангладеш Асадуззаман Хан сказал, что у Шамимы нет гражданства этой страны, и "пусть разбираются англичане":

"Это дело британского правительства, Бангладеш не имеет к этому никакого отношения."

Однако министр внутренних дел Великобритании Саджид Джавид отказался возвращать Шамиму в Англию и заявил, что он сделает всё, чтобы защитить свою страну:

"Моя задача номер один — делать всё возможное, чтобы сохранить эту страну в безопасности, и я признаю, что иногда приходится принимать непростые решения. Они могут быть очень жёсткими: нужно решить, безопасно ли это решение, законно ли и какое влияние окажет на чью-то жизнь." 

Так что опасность для Великобритании Шамима, видимо, представляет. Адвокат Бегум настаивает, что официальные лица Британии сделали всё, чтобы не позволить ей вернуться в страну, и "подтасовали факты". Это означает, что 19-летняя девушка не может просить помощи у Великобритании, чтобы покинуть сирийский лагерь беженцев. Решение об отмене гражданства рассмотрят снова после апелляции.

Сама Бегум говорит, что теперь попробует получить гражданство Нидерландов — её муж уехал именно оттуда, чтобы воевать на стороне ИГ*. Ребёнок Шамимы останется гражданином Англии.

По словам министра внутренних дел Великобритании, гражданства невесту террориста лишили "для всеобщего блага". И можно предположить, что эта практика будет только расширяться: за 2018 год число людей, лишённых британского гражданства ради "всеобщего блага", возросло более чем на 600 процентов.

Проблемы с возвращением домой есть не только в Великобритании. Президент США Дональд Трамп лично взял на себя ответственность за решение лишить американского гражданства невесту ИГ* Ходу Мутхану.

Об этом объявил Госсекретарь США Майк Помпео:

"Мисс Хода Мутхана — не гражданка США и не будет допущена в США. У неё нет никаких законных оснований, нет действительного паспорта США, нет права на паспорт, нет никакой визы для поездки в США."

И, как и в случае с Шамимой Бегум, официальные лица не стали заострять внимание на формулировке "опасна для государства": в действительности у бывшей невесты ИГ* есть американское гражданство (она родилась в Нью-Джерси в 1994 году), но власти предпочли об этом забыть.

Хода Мутхана раскаялась в пособничестве террористам и заявила, что в случае возвращения готова к наказанию, так как осознаёт, что она совершила преступление. Однако девушка уточнила, что тюремное заключение — это "неэффективная мера", и она предпочла бы сеансы психотерапии.

"У меня были хорошие отношения с семьёй, но я хотела менее американской жизни. Я просто хотела куда-нибудь сходить, хотела иметь друзей, ходить по разным местам. Я ничего из этого не получила."

Эта девушка так же, как и Бегум, собирается привезти в США своего 2-летнего ребёнка. Мутхана просит принять её назад, потому что она "обычный человек, которым манипулировали":

"Надеюсь, меня простят за то, что я была молода и невежественна."

Адвокат семьи Ходы Мутханы считает, что не только правительство США, но и правительства европейских стран не должны отмахиваться от невест "Исламского государства"*. Всё должно основываться не на эмоциях, а на законах:

"Правительство должно взаимодействовать с ней, но не только; со всеми этими людьми [из Северной Америки и Европы], которые присоединились к ИГ*. Если она нарушила закон, то с ней может разобраться система правосудия, а если она не нарушала закон, то всё равно должна вернуться, чтобы можно было определить, опасна ли она."

И о чём здесь думать в первую очередь: о человечности, законности или эмоциях — не очень понятно.

*террористическая организация, запрещена в России